«Одиссея» Нолана обещала стать большим мифологическим блокбастером, но для нас стала фильмом, где великий эпос ломается о монтаж, мотивации и странное антивоенное высказывание. Обсуждаем IMAX, Гомера, богов, Одиссея, музыку, актёров и вопрос: можно ли переосмыслить миф, если не собрать его в цельную историю?
«Одиссея» Нолана — один из самых громких фильмов года: Гомер, IMAX, огромный бюджет, возвращение домой, боги, герои и попытка превратить древний эпос в современное высказывание о войне, вине и травме.
Но у нас после просмотра осталось ощущение не великого мифа, а фильма, который постоянно распадается. Монтаж не даёт сценам дышать, экшен не создаёт масштаба, персонажи теряют мотивации, а попытка сделать из Афины совесть Одиссея вызывает больше вопросов, чем эмоций.
В выпуске обсуждаем, что Нолан сделал с «Одиссеей», почему первоисточник здесь всё равно важен, что работает в музыке Людвига Йоранссона, почему собака оказывается одним из самых цельных персонажей, зачем фильму боги, если они почти не действуют, и почему финальное “антивоенное” высказывание кажется нам спорным и местами лицемерным.
Со спойлерами.
LA-LA Лантимос — семейный подкаст о том, что остаётся после кино.